– Питирим Игнатьич, извините...
– Нет, – прерываю сразу, решительно, – не извиню! Вы что же это думаете, если меня две недели нет, то в кабинете можно не убирать? И пыль не вытирать? Цветочек вон, – киваю в сторону подоконника, – засох... почти... И принесите мне, пожалуйста, чаю!
– Питирим Игнатьич, я – Зелинская.
– Хм... Зелинская, Зелинский. Помню, был такой академик Зелинский... Химик? Да, химик. Противогаз изобрел. И еще что-то, с нефтью связанное. Наше ведомство еще собиралось посадить его... руки не дошли. Так вы дочь? – и, приглядевшись получше, поправился: – Внучка?
– Я – Елена Зелинская, член Общественной палаты. До сегодняшнего дня – кандидат в председатели комиссии по СМИ.
– А ко мне зачем?
– Сурков Владислав Юрьевич послал. Посоветоваться.
– А-а, Владислав. Ну, это дело другое...
– Так вот, я – член Общественной палаты. Первого, президентского призыва. Пять лет вице-президент "Медиасоюза". А меня никто не знает. Говорят: милая женщина, но неизвестно кто. Вот и вы... За уборщицу приняли.
– Ну что вы, – я даже смутился. – Я – практически пенсионер. Весь в мемуарах, новых лиц уже не запоминаю...
– Вчера меня выдвинули, а сегодня – обошли. Прилюдно, в Георгиевском зале. Вместо меня – Гусев. Который "МК". Я – только заместитель... ница! Как, говорят, я буду представлять сообщество журналистов, которых все знают, если меня саму никто не знает? Не понимаю, откуда такая враждебность! – и надрыв в голосе, и уже платочек в руке теребит.
– Может, и не надо их представлять? Они не пропадут. У них – Союз журналистов. И что там еще? Одно слово, акулы пера!
Молчит. Кусает губы.
– Ну, понимаю, понимаю... Хорошо, давайте попробуем вот что... Сейчас у нас в моде сериалы. Менты, то-се. Кто в них снялся – звезда. Давайте и вам какую-никакую рольку. Можно второго плана... Снимитесь – и все вас узнают. И полюбят.
– Так это сколько времени пройдет. Месяцы!
– Хорошо, – на ходу перестраиваюсь. – Пусть вас Костя Эрнст в жюри КВНа включит. Сейчас пойдете к Владиславу Юрьевичу, он Эрнсту позвонит. А может, напрямую Маслякову. Все вас увидят рядом с Гусманом, Ярмольником, с самим Константином Львовичем... Общественность узнает, что вы существуете. Так сказать, не бесплотный миф, а реальная Фимина, во плоти и крови...
– Опять доказывать, что я не мертвая, а живая! Ну, хотите – можете меня пощупать! Ну, пощупайте, пощупайте! Я осторожно отодвинулся.
– Нет, вы пощупайте! – и встает уже. Этого мне только не хватало! Осторожно кладу правую руку поверх ее руки, констатирую: – Теплая, – и быстро прячу руку под стол.
– А вот еще мысль! – чувствую, после отдыха я в прекрасной интеллектуальной форме. – "Что? Где? Когда?"! Создаем сборную Общественной палаты. Вы, Пугачева, пара политологов – Никонов, Марков... это если по Украине будут вопросы... Алина Кабаева как самая телегеничная. Кобзон – член Общественной палаты?
– Он в Думе, – отвечает замогильным голосом.
– Жаль. Тогда – Фридман. У него дачу отобрали – пусть человек порадуется! Всего шесть персон. И назовем команду: "СбрОП-2006". Сборная Общественной палаты.
– Как-то это все легковесно, – морщит носик гостья.
– Пиар требует жертв, – говорю веско, наставительно. Но и мягко – все же дама. – В конце концов, с Соловьевым можно поговорить! С Гордоном. Ведь вам же есть что сказать о России в 2030 году? Или вот еще: инспирируем сексуальный скандал. Будут узнавать на улице. Помните Монику Левински?
– Ну почему, ну почему все так! – дама вся в эмоциях, просто не в состоянии слушать. – Кругом одни предубеждения! Я же слово дала: цензурой заниматься не буду. На ковер никого вызывать не буду. Сажать в тюрьмы и расстреливать никого не буду! Я же заверила! И полная, полная лояльность власти.
– Конечно, – соглашаюсь, – людей, которые эту палату придумали, расстраивать не следует. Вот, например, Владислав Юрьевич – человек очень тонкий, натура впечатлительная.
– Да что вы! – едва не задохнулась гостья от избытка чувств. – Никогда! Полная, полная лояльность! Не понимаю, почему слово "лояльность" стало у нас чуть ли не бранным. Это все московская оппозиция...
– А, – догадываюсь, – так вы из Питера?
Ну не все биографии этих, новых, я знаю наизусть!
– Из Питера! И не скрываю!
Вот оно, событие века! Питерский кадр обошли при решении кадровых вопросов. К чему бы это?
А дама между тем ринулась в последнюю атаку:
– А нельзя ли меня поставить на какой-никакой телеканал? Ну, не на первый, конечно, и не на "Россию". Так ведь там еще много чего есть.
Да, думаю, эта дама свое возьмет. Раньше или позже. А вслух говорю:
– Это возможно. Со временем. Постепенно. В порядке живой очереди. Но это – не ко мне. Это – к Владиславу Юрьевичу. И выше. Дерзайте!
Наконец дверь за гостьей захлопнулась. Еще несколько мгновений из коридора доносится стук каблуков, потом – тишина. И лишь едва уловимый аромат дорогих французских духов да легкое покалывание в правой ладони напоминают о явлении удивительной дамы...
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
