Островок реакции

- В принципе, у нас в области политического ландшафта, как такового, нет. У нас все партии, которые представлены в думе или зарегистрироованы на федеральном уровне подконтрольны обладминистрации и губернатору лично. Региональное отделение "Яблока" возглавляет заместитель Фонда поддержки предпринимательства областной администрации, глава местного "ЛДПР" - сотрудник охраны семейной фирмы губернатора "Золотой орел". И все остальные в какой-то степени зависят от власти. Долгие годы наиболее значимой политической силой в Орловской области была КПРФ. Во все предыдущие созывы городской думы коммунисты набирали наибольшее количество голосов. Сейчас же расклад изменился: губернатор активно примкнул к "Единой России", в прошлом году подал заявление на вступление в партию.

- Получается, "Единая Россия" - единственная политическая сила в области?

- Смешно, наверное, прозвучит, но у нас от "Единой России" нет никого на выборах. Организация настолько срослась с административным ресурсом, что так что они даже не озаботились решением основных организационных вопросов. Они не перерегистрировались, не нашли никаких значимых партийных фигур. У нас в Орле никто толком не знает, кто входит в политсовет "Единой России". Это словосочетание у нас в обиходе вообще не употребляется, у нас есть "администрация", и все.

Даже заместитель губернатора, несмотря на то, что он секретарь Орловского отделения "Единой России", он на выборы мэра, пошел как самовыдвиженец, потому что у них ничего не доделано по основным политвопросам.

- А протестные силы у вас кем представлены?

- В этом смысле регион у нас своеобразный. Вот уже 20 лет у нас один и тот же, несменяемый, глава администрации - Егор Строев; его должность меняла названия, но человек оставался тот же. Был трехлетний перерыв, когда он был в политбюро ЦК КПСС, но перед этим он ведь тоже был управлял нашей областью. Так что в целом его стаж руководителя - 27 лет! Подход максимально консервативный, диктаторский. У нас у чиновников нет в кабинетах фотографий жены или ребенка, у них только портрет губернатора. К Строеву абсолютное почтение, в духе конца тридцатых. В администрации распространено стукачество, бесконечное выяснение позиций и отношения к губернатору.

Аппарат такой же старый: заместителю мэра - 70 лет, 70% всех заместителей и помощников Строева также пенсионного возраста. Одним словом, у нас пресекают все протестные настроения. В середине 90-х были какие-то ростки протеста, когда они по всей стране были, когда власть активно поддерживала то же "Яблоко", однако у нас все это очень быстро, а главное жестоко задавили. У нас были люди, в том числе и из интеллигенции, которые пытались активно заниматься протестной деятельностью. Но сейчас они в полном "загоне", а некоторым даже пришлось покинуть область.

- Почему вы приняли решение баллотироваться на пост мэра?

- Три с лишним года назад мы возглавили Союз поддержки предпринимательства. В начале девяностых, когда закрыли заводы, фабрики, сократили школы и университеты, людям поневоле пришлось идти в предпринимательство. У нас 63% людей с высшим образованием пошли торговать на рынок; и бороться им в одиночку с коррупцией и несправедливостью невозможно - мы решили их поддержать. Прошло какое-то время, и к нам же пришли искать поддержки пенсионеры, прежде всего военные пенсионеры, офицеры, которые давно не получают своих зарплат. В области стало расти количество граждан, которые понимают, что по конституции у них есть права, но они их не имеют на самом деле.

К губернаторским выборам мы создали газету "Орловские новости", которая стала шоком для наших властей. Причем, как ни старались, эту газету не смогли причислить к "желтым". Мы просто стали говорить в открытую: где бюджет, сколько стоит содержание аппарата, а поскольку эта газета моментально получила большую популярность, вокруг сформировался гражданский слой людей, которые понимают, что так жить нельзя, что надо протестовать, что губернатор слишком долго у власти. Однако губернатор был переназначен, несмотря на чудовищную ситуацию, когда Орловская область - один из самых отсталых регионов центральной России. Поскольку инициатором процесса были мы, а я формально и неформально получилась в эпицентре - я вынуждена была принять участие в избирательной кампании.

- Широкую известность получила Ваша социальная программа "Дети войны". Что она подразумевает?

- Проблема номер один в Орловской области - это благосостояние людей. У нас умирает в два раза больше, чем рождается. На 840 тысяч человек населения, у нас 300 тысяч пенсионеров. Живут люди очень плохо.

Когда закон о монетизации льгот стал реализовываться, многие оказались в безвыходном положении. Пенсии составляют от 1500 до 2100 рублей. А ведь эти люди прожили на оккупированной территории, родились и жили во время войны. Это поломанные судьбы, потерянные на войне родители, а ветераны едва собирают крохи. Наша задача номер один - взять на себя обязательства, определить и найти источники финансирования, чтобы помочь этим людям. То, что мы можем это сделать, мы сразу доказали. Хотя бы такой пример: в области 19 800 чиновников, зарплата чиновника 12 000 рублей; сокращение аппарата освободит огромное количество денег, так что 60 000 пенсионеров смогут получить надбавки. Мы нашли и другие источники, и это настолько раздразнило власть, что на нас тут же начался "накат".

Мы помогаем не только пенсионерам; адресная помощь идет многодетным семьям, неполным семьям. В Орле, например, строится много жилья, но квадратный метр стоит 17 000 рублей, а средняя зарплата 5000 рублей - так что купить или взять в ипотеку новую квартиру почти невозможно. Ни одна из этих новых квартир, между прочим, не была предоставлена инвалиду или ветерану. Безусловно так оставлять это нельзя. - Получается, что социальная сторона в вашей программе самая сильная?

- Да, потому что город нищий, нищая область, проблем слишком много; решение социальных вопросов является действительно первоочередным.

Вера Холмогорова