Потом повторилось у входа в корпус: заминка, замешательство, извинения. В кабинетике ощущение: что-то не так. Вроде все на своих местах, и все же...
Сажусь за стол, пытаюсь найти давешние наброски. Тема: отравление Александра Литвиненко и отношения Россия – Запад. Главный вывод: странная смерть Щекочихина, демонстративный провал в Катаре, убийство Политковской и, наконец, соли таллия, которыми напичкали беглого полковника ФСБ в Лондоне, – звенья одной цепи. Тайные, страшные силы хотят бросить тень на нашу страну и ее президента. Скомпрометировать их в глазах Запада. Изолировать Россию. Идея неслабая, чуть развить, и секретная докладная президенту готова... Но где же текст? Куда-то задевал. Куда?
Открываю все ящики по очереди – нет! И тут звонок. Из управления делами. Питирим Игнатьевич, просим срочно освободить кабинет. Как, что, почему? Будет ремонт. В одном кабинете или на всем этаже? Молчат, вздыхают.
И тут же заходит, осторожно постучавшись, этот, молодой, из кадров. Блондинчик лет тридцати. Единственное, что он нем знаю, – зовут Максим Витальевич.
– Можно, – спрашивает, – ваш, Питирим Игнатьевич, пропуск?
– Зачем он вам понадобился? – удивляюсь.
Забормотал какую-то ахинею: перерегистрация, продление, в общем – указание сверху.
Что с него взять – порученец, шестерка. Вынимаю свои корочки, подаю ему. Радуется как ребенок, что обошлось без скандала. Немедленно исчезает.
Только возобновил поиски – снова звонок. Секретариат президентского помощника по кадрам. Совершенно незнакомая дама.
– Есть такое мнение, Питирим Игнатьевич, – в голосе ее звучат нотки торжества, – что вы утомились, и вам надо отдохнуть от дел!
– Президент в курсе?
В ответ молчание.
Тянусь к телефону: немедленно, немедленно звонить президенту! Это – страшное и нелепое недоразумение. Потом соображаю: я же столько лет в этой системе. Здесь недоразумений не бывает.
Значит, все. Почему, отчего? Понять невозможно. Можно только догадываться. И любая догадка будет ошибочной. Но, как всегда, удар готовится тайно и наносится стремительно. Помню, в канун президентских выборов 2004 года президент вызвал премьера Касьянова и сообщил: "Я вынужден вас уволить!" "После выборов?" – уточняет Михал Михалыч. "Немедленно!"
Зашла уборщица, простая русская женщина. Принесла сумку на колесиках, малиновую, в зеленую клетку. Дошло уже и до уборщицы. Берите, говорит, вернете, когда сможете. Не в руках же вам бумаги и книги тащить...
Собираю вещички, кидаю в сумку. Накопилось за годы работы. Смотрю на портрет президента с надписью: "Дорогому Питириму, лучшему из непитерцев". Сердце сжалось: столько лет вместе, а он даже не позвонил. Минуты не нашел. Поколебавшись, все-таки снимаю портрет со стены и прячу в кейс.
Выхожу в коридор, поднимаюсь по лестнице – конечно, я одинокий волк, но есть в этом здании три-четыре человека, которым я на прощание хотел бы пожать руку. Милиционер делает шаг навстречу: извините, Питирим Игнатьевич, только на своем этаже. Вы знаете, как я вас уважаю, но такие указания...
Возвращаюсь к себе, совершенно раздавленный. Сердце стучит, давление, чувствую, подскочило. Что ж, буду выращивать розы в Рыбаках. В прошлом году у меня было двести розовых кустов. Хотя какие розы? Как содержать такой дом пенсионеру? Батареи текут. Генератор не работает. Все запустил, радея за государство. Все о нем хлопочу, о государстве, и последняя самая мысль о нем же. Как спасти и сохранить. Ведь Литвиненко между жизнью и смертью, и, случись что, тень упадет на Лубянскую площадь и дотянется до Кремля. И будет это днем торжества для коварных врагов, для мировой олигархической закулисы...
И вдруг понял: те, которые выдворили меня из Кремля так поспешно, они же решили, что я их, их имею в виду! Что я на них пальцем показываю! Какая чудовищная, кощунственная мысль! Я, начавший работу в системе с самых низов и отдавший ей всю свою жизнь! Борьбе с западной агентурой и чуждыми влияниями! И заподозрил своих ближайших товарищей? Учеников? Бред!
Так надо же им все объяснить! Сказать, что они ошиблись. Я же имел в виду совсем других людей! Британских подлых джеймсбондов! Беглых олигархов! Кто ближе всего к Литвиненко? Береза! И МИ-5. И тут же сник: кому объяснять? Максиму Витальевичу?..
А на кремлевских асфальтах ни души. Фонари отбрасывают резкий желтоватый свет. Иду, куда глаза глядят. В левой руке – кейс, правой тяну тележку с сумкой. Муторно, ох, как муторно на душе! Вышел на Ивановскую площадь, повернулся лицом к колокольне и завопил, почти завыл, бессильно грозя кому-то кулаком: "Это не вы-ы! Это они-и-и!!!.."
Тишина была мне ответом. Тишина – и потом бой курантов. Мое время кончилось. Прощай, Кремль!
Все события и персонажи являются вымыслом. Любые совпадения случайны
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция






