Преимущества первого способа – в том, что даже если вы не выиграете чемпионат, то все-таки научитесь играть в футбол. Преимущество второго способа в том, что, что бы вы ни откололи – на экране вы все равно выиграете.
Выиграть на экране можно разными способами.
Во-первых, можно сыграть матч с командой заведомо слабой и объявить его самым главным матчем сезона. Во-вторых, можно выиграть матч у команды купленной — и тоже объявить его главным матчем сезона. В-третьих, можно сыграть матч с сильной командой, но на своей территории и со своими судьями, и все моменты, когда сильная команда забивает вам гол, перемонтировать так, будто гол идет в их ворота. А если игроки будут кричать: "Как же так, это же наш гол!" — развести руками. Какая наглость! Какой цинизм! Эти люди позорно нам проиграли и еще возражают.
Ну и, наконец, есть некоторое количество матчей, результаты которых нельзя подделать. Самое лучшее – в этих матчах не участвовать. Но если так нельзя, можно сделать следующее.
Во-первых, перед матчем в течение месяца собирать интервью о том, что наша команда лучшая в мире, что соперники страшно нас боятся, и не победить мы можем, лишь если враги засудят. Таким образом, у зрителя будет складываться впечатление, что мы уже победили.
Во-вторых, во время матча следует сосредотачиваться не на игре в целом, а на отдельных героических эпизодах, разыгранных нашей командой. Если эпизодов нет, их можно снять заранее и вмонтировать в игру.
В-третьих, после того как матч кончится разгромом, надо объяснить, что враги – засудили. Короткий информационный эффект от этого, как показывает практика, не перевешивает впечатления, которое сформировалось за целый месяц: что наша команда – победитель.
Будут, конечно, отдельные отщепенцы, которые скажут, что матч проигран поделом и что надо было хотя бы не выходить на поле с похмелья и без трусов. Но ведь очевидно, что если журналист злопыхательски утверждает, что матч проигран поделом, значит – он презирает родину, не любит футбол и вообще наймит западных тренеров.
Это я к тому, что иногда от властей приходишь в изумление.
Вот, например, решили утеснить на выборах наблюдателей от ОБСЕ. Срезали число приглашенных с 400 до 70, еще и задержали приглашения. Зачем? Ну что то ОБСЕ может? Что такое 400 наблюдателей? Ну сидели бы они на 400-х участках. Ну на этих 400-х показала бы "Единая Россия" не 80% голосов, а, скажем, 59%. Ну и что? Разве у кого-то есть сомнения в том, что "Единая Россия" действительно победит? Разве 400 наблюдателей могут проверить все участки?
Или – каждый месяц слышишь, что Путин или Лавров куда-то приехали и предложили созвать конференцию по ближневосточному конфликту при посредничестве России. Господа, но ведь это ж неприлично. Мы это посредничество предлагаем уже сколько лет. И каждый раз в телевизоре говорят, что мы предложили и нас внимательно выслушали. Зачем, казалось бы, позориться?
Или – творится в Ингушетии уже бог знает что. Это за пределами человеческого понимания, когда 6-летнему мальчику, убитому при спецоперации, подкладывают автомат. Ну почему, спрашивается, Путину – совсем все равно? Почему, назначая в горячую точку нового полпреда Григория Рапоту, Путин забывает предупредить Рапоту о новом назначении, не говоря уже о том, чтобы побеседовать с кандидатом?
Ответ прост: а зачем выходить на поле хотя бы в трусах, если все равно покажут не команду, а фотомонтаж? Какая, собственно, разница, приедут наблюдатели или нет? Приедут – значит, Запад нам верит, не приедут — враги виноваты.
Какая разница, полыхнет в Ингушетии или нет? Не полыхнет — так благодаря укреплению вертикали власти. Полыхнет – враги взорвали.
Какая разница, что постоянные предложения посредничества, которым никто не внемлет, означают, что страна теряет лицо? Из телевизора ведь следует совсем другое. Раз предложили, значит, мы сила. А не приняли – так потому, что нас боятся.
В стране создана великолепная машина – нет, не по выигрыванию матчей. А по объяснению проигрышей.
Для этой машины главное – не участвовать в настоящей войне и даже в настоящей конфронтации. Не воевать с США или, на худой конец, с Грузией или Эстонией. Потому что там, где начинается война, телевизор кончается. Потому что если, например, режим попробует контролировать не только своих судей, а запугивать или убивать судей чужих — то возмездие будет неминуемо.
Тут нужен тонкий баланс – угрожать можно только своим и очки втирать только своим. Ведь, в конце концов, если США решат, что путинская России в самом деле для них опасна, то они нанесут удар… нет, даже не ядерный. Хуже. Они нанесут удар по самому сокровенному месту вертикали власти – по недвижимости, счетам и офшорам.
Оригинал статьи опубликован на сайте www.ej.ru
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
