Антимилицейская волна

Генералитет МВД деморализован последними инцидентами с убийствами людей сотрудниками милиции и, спасая собственную шкуру, из последних сил пытается доказать власти свою нужность. Именно этим, судя по всему, объясняются эмоциональные выступления замминистра внутренних дел Николая Овчинникова: "Это что-то иррациональное... я даже не знаю, как это объяснить" — и министра Рашида Нургалиева: "Сколько можно издеваться?!" — на правительственном часе в Совете Федерации 30 октября.

Судите сами, пресс-служба МВД инициирует ежегодно полмиллиона публикаций о славных дядях степах, раскрывающих миллионы преступлений. Одних только сюжетов по телевидению выходит 150 тысяч. Общественные советы при МВД активно работают в каждом регионе.

По всей России периодически проводятся коллективные встречи с главными редакторами местных изданий, где генералы МВД лично убеждают их активнее продвигать объективный (читай — позитивный) образ милиционера.

Тысячи сотрудников пресс-служб оперативно сливают информацию из криминальной сводки журналистам в обмен на просьбы показать сюжет о каком-нибудь смотре-конкурсе милиционеров. Сотни милицейских съемочных групп с новейшей видеоаппаратурой разъезжают по "скандалам, интригам и расследованиям", чтобы потом "скормить" народу с экранов "дежурные части", "чрезвычайные происшествия", "досье-02" и прочие ужасы наших городков.

С экранов телевизоров бесконечным потоком льются сериалы про милицию, созданные по заказу различных федеральных агентств. А есть еще хоккейный и футбольный клубы МВД, радиостанция "Милицейская волна" и много чего другого.

На днях министерство заявило об участии в Международной неделе посещений полицейских участков.

Руководство в регионах просило наблюдателей посетить не любые отделы, а те, которые им покажут.

Как говорится, все МВД на борьбу за пыль в глаза общественности, все для победы над врагами положительного образа милиции!

Кстати о врагах. Не секрет, что своими врагами в министерстве считают Савву Терентьева, осужденного за унижение достоинства милиционеров как социальной группы, и специализирующихся на работе по делам о милицейских пытках казанских правозащитников, которые летом подверглись давлению со стороны МВД Татарстана. Теперь же

к врагам милиции причислены и "малоимущие граждане пенсионного возраста",

демонстрационный разгон которых почему-то выбран оптимальным маркетинговым методом продвижения последних милицейских технологий в сфере безопасности на международной (!) выставке.

Но вот досада — ничто уже не помогает. Поскольку есть Евсюков, который, по словам того же министра, "воткнул нож в спину". Майор и его последователи своими поступками взрывают всю созданную конструкцию реальности, в центре которой находятся и верхушка МВД на Житной, и Кремль с Охотным рядом.

Лавина негативных публикаций о работе милиции, нарастающая уже несколько месяцев в публичном пространстве, достигла своего пика. Однако для правильной оценки происходящего нужно проанализировать ситуацию в ретроспективе.

Сходными по общественному восприятию проблемы были широко освещаемая история с "оборотнями в погонах" 2003 года и события в башкирском Благовещенске в декабре 2004 года, где ОМОН зачистил район, избив при этом сотни молодых людей. В первом случае "слив" был управляемой акцией в рамках избирательной кампании "Единой России" и ее лидера Бориса Грызлова, занимавшего на тот момент пост министра внутренних дел. И хотя всплеск публикаций о коррупции в милицейских рядах быстро пошел на убыль, журналисты усвоили урок: тема (спасибо единороссам за это) в принципе не табуирована.

Именно поэтому

события в Благовещенске впервые неконтролируемо для власти всколыхнули медийное пространство.

Правда, госканалы и официальные издания постарались негатив нейтрализовать, даже путем дискредитирующей правозащитников клеветы о заказе ими за рубежом антимилицейских кампаний. Три года спецпосланник президента Александр Коновалов (нынешний глава Минюста, а прежде — полпред в Приволжском федеральном округе и прокурор Башкирии) "разруливал" эту ситуацию.

В этом году накопившаяся в российском обществе отрицательная энергия ударила по самому слабому звену. Евсюков стал искрой, а медийное сообщество — проводником этого заряда, благодаря которому уже полгода в кабинетах офицеров центрального аппарата МВД России по ночам не гаснет свет. Журналисты, годами сталкивающиеся с обнаглевшими милицейскими пиарщиками, которые препятствовали объективному освещению должностных преступлений своих сослуживцев, теперь просто отдыхают душой, находя пикантные подробности.

Та самая технология "интриги-расследования", в которой так преуспели в последние годы госканалы, выполняющие заказ "федеральных агентств" по отвлечению россиян от реальности, бумерангом ударила по милиции. Уже два-три месяца материалы по этой теме появляются на канале "Вести", центральных полосах "Российской газеты", "Комсомольской правды", "Московского комсомольца", "Новой газеты", "Новых известий", "Коммерсанта", в журналах "Русский Newsweek", "Профиль". В блогосфере за последние полгода было минимум три инициативы по сбору подписей за реформу милиции.

Этими обстоятельствами объясняется и последний скандал с "учениями ОМОНа по подавлению экстремистски настроенных пенсионеров в Подмосковье". Такие показательные выступления и учения в стране проводятся уже несколько лет. Год назад после начала финансового кризиса они активизировались, поскольку высшее руководство страны стали мучить ночные кошмары: им снятся пенсионеры, перекрывающие федеральные трассы.

Нынешняя ситуация получила такой резонанс благодаря толковому журналисту, который правильно расставил акценты и вовремя подал новость так, что лично министр среагировал.

Число милицейских преступлений в последнее время не возросло, по крайней мере, резко. Просто общество стало к ним менее терпимо. А это гораздо важнее.

Причина того, что министерское руководство потеряло себя в пространстве, банальна. Всю новейшую историю (да и ранее) российская милиция служила не людям, а власти. Принципы "хорошего управления" (good governance) и "подотчетности избирателям" (electorate accountability) составляют основу устройства власти цивилизованных государств. Подотчетность перед источником собственных полномочий (Кремль, бизнес или местное сообщество) — ключ к разгадке причин того или иного стиля поведения милиции. В ельцинской России милиция обслуживала коммерческие интересы крупного и не только бизнеса, охрана НК "ЮКОС", например, включала до 500 штатных милиционеров. В 90-е годы милиция закалилась в войнах с братвой, защищая чужие коммерческие интересы, и "развратилась" деньгами.

При Путине милиция стала обеспечивать безопасность политической группы, захватившей власть. С этим связана политизация милиции, активное использование ее для разгона публичных мероприятий, сопровождения избирательных кампаний всех уровней, ведения черных списков неблагонадежных, накапливания оперативным путем компрометирующей информации на наиболее активных общественных лидеров и организации. Именно поэтому МВД успешно выдержало конкуренцию с ФСБ, Генпрокуратурой и Минюстом за лидерство в борьбе с "экстремистами". В итоге Центры противодействия экстремизму, созданные на базе упраздненных управлений по борьбе с организованной преступностью, в текущем году появились на всей территории страны.

Нынешний президент, очевидно, не рискующий взять на себя ответственность за принятие важнейшего для России решения о реформе милиции, и является источником дезориентации министра внутренних дел и его окружения.

Сегодня МВД выглядит, как гулящая дочь: и в отчий дом не пустить, и прогнать никак. И если прежний "глава семейства" получал от поведения "девки" бонусы, то новый глава вдруг столкнулся с негативным общественным мнением. В такой ситуации хоть как-то разумно объяснить людям, почему "дочку" надо снова приютить, невозможно. А прогнать на вольные хлеба — страшно по причине патологической ее услужливости, аморальности и из-за навыков владения оружием.

Никакие новые наряды от Юдашкина и дорогой марафет, помощь психолога и сокращение численности, размер доходов и отчеты о них не изменят ситуацию, пока "гулящая дочь" не покается, не перестанет обслуживать главу семейства, не получит иные задачи и не станет востребована и подотчетна местному населению.

Очевидно, что без реформы милиции не обойтись.

Павел Чиков