Призрак антикоррупционизма

Впереди у нас довольно смутные и тяжелые времена. Да и вся мировая система на перепутье. Хочется по мере сил чем-нибудь поспособствовать нашему руководству в его многотрудной борьбе за процветание страны. Вот именно так, ни много ни мало, а поучаствовать в планируемой модернизации. Попробуем поразмышлять в рамках традиционных вопросов "Кто виноват?" и "Что делать?".

Если не брать астрономический масштаб, то в пределах нашей страны сосредоточимся на проблеме коррупции. Выделим два фактора. Первый — психологический:

нынешний виток разграбления страны продолжается не год и не два, а уже второе десятилетие, люди устали, а у ворья уже не дети — внуки нарождаются.

Второй фактор географический: Лондон. Офшоры, майами, эмираты... Ох как далеко...

Есть и еще один малозаметный момент. Отношение к цене жизни у нас традиционно незавидное, и это удел не только "быдляцких" слоев населения. Конечно, жить все хотят, но если не повезет и просто затянет в жернова какой-нибудь неудачи, тогда наш деятель смиренно превращается в жертвенного барана — детки-то уже обеспечены на много поколений вперед, можно перетерпеть, хотя и обидно.

Таким образом, мерилом успеха по критерию "жизнь удалась" остается фундаментальное накопление "баблоса" вне пределов нашей страны. Вот и надо выбить сей фундамент. Это к вопросу "Что делать?". Довольно эффективным представляется такой способ:

распространить финансовую ответственность по коррупционным преступлениям на всех наследников без каких-либо ограничений и на все поколения вперед.

Звучит вполне инновационно? Или думаете, это садистские фантазии? Представляю ухмылки наших великолепных сановных англофилов и правоведов. Но давайте попробуем показать им серьезность положения, тем более что платят же потомки по госдолгам предков, выплачивают репарации. Любые аналогии хромают, можно их с порога отмести. Но не все так просто, господа, тут целый ряд нюансов.

Первое: речь идет именно о финансовой ответственности, если нет отказа исполнения соответствующего судебного решения, то нет и уголовного преследования. То есть если наследники добровольно выплачивают суммы, эквивалентные украденному (в пересчете на цены времени возврата наворованного), то и меры воздействия, принуждения и поражения в правах не применяются.

Второе: при отказе наследователей коррупционеров от сотрудничества с компетентными органами по уже состоявшимся судебным решениям к ним может применяться специальное законодательство как к соучастникам преступления.

Переквалификация дел с экономических на уголовные, увеличение исковой суммы на величину полученной с нее прибыли и т. п.

— все это вполне в рамках мировой юридической практики.

Третье: категорически дезавуируются все "гарантии" неприкосновенности отставным функционерам и их наследникам. Подлежащие возврату средства рассматриваются как долг. Никаких списаний, банкротств, амортизаций и сроков давности не применяется. Запрещается практика снижения долга по досудебным соглашениям. При недостатке активов взыскание долгов пролонгируется на последующие поколения.

Четвертое: исполнение закона о возврате наворованного вводится на все доказанные коррупционные преступления ретроактивно, что вполне прецедентно в мировой практике в сфере экономического законодательства. Конечно, юристам и дипломатам придется согласовать наши инновации с мировым правоприменением, особенно в области прав человека, в частности прав соучастников преступлений.

Пятое: открыто объявляется об экстерриториальности исполнения судебных решений. Например, тем иностранным гражданам, которые собираются или уже вступили в брак с коррупционером или его наследником, заявляется, что только их личный капитал и доходы не подпадают под изъятия, но те же их личные средства, переходя к совместно прижитым наследникам, становятся объектом конфискации по мере необходимости.

Есть несколько интересных вопросов, например стоит ли наравне с чиновниками привлекать и их соучастников-бизнесменов? Насчет "бизнесменов" из госкорпораций сомнений не возникнет, а в других случаях, наверное, можно будет положиться на компетентность наших следственных органов. У них в генетической памяти большой опыт решения поставленных задач, и энтузиазм, и творчество.

И не надо думать, что весь цивилизованный мир вскинется на защиту гуманистических ценностей применительно к славной диаспоре наших нуворишей. Израилю в свое время никто особо не мешал ловить нацистов по всему миру.

Наши же воры не только начинают надоедать своими лондонскими процессами, но и сам мир меняется, появляются драконовские, немыслимые ранее требования к большим деньгам.

Трудно точно угадать, какой финал для России запланирован правящим режимом. Но даже если это будет небольшая страна вокруг Москвы без природных богатств и без ракет, то реализация предлагаемого плана тем более станет солидным источником пополнения бюджета. Что касается кадров, так судебная система уже практически готова, а свежее пополнение на оперативную работу — наш неиссякаемый ресурс.

Есть и принципиальный изъян у предлагаемой стратегии: принцип солидарной ответственности наследников не сможет остановить ни патологических эгоистов, ни дураков, надеющихся проскочить на авось. Но с изменением настроений окружения придется мимикрировать и этим господам, да и прекращать антикоррупционную практику традиционными средствами не стоит.

Конечно, трудно предположить, что какая-нибудь из нынешних парламентских партий способна всерьез даже хотя бы обсуждать подобные нововведения. Но в данном случае это и не требуется — спешка тут ничего не решает. Время теперь бежит быстро — глядишь, годков через несколько дело сдвинется с мертвой точки. А пока то, что попало в Сеть, обречено на вечное существование (если кто еще не понял).

Пусть пока этот призрак, призрак антикоррупционизма, побродит по Интернету.

Рома Пиндершлосс