С почином

Это рано или поздно должно было случиться. Я очень рад, что это произошло. Нельзя построить честную оппозицию на наличных деньгах и заявлениях "нас финансирует средний бизнес, но не скажем какой". Нельзя надеяться, что власть изменит отношение к бизнесу, если не влиять на нее и не добиваться политического представительства, а только тихо возмущаться в курилке какого-то РСПП.

Вся наша команда и наш предвыборный штаб очень гордимся тем, что мы стали первыми, с кем заключен такой "социальный контракт".Мы и впредь будем делать все, чтобы устанавливать новые стандарты открытости, прозрачности и осмысленности наших взаимоотношений с бизнес-сообществом."

"В политике и общественной жизни не так много людей, создающих новое. Попробуем вспомнить, что появилось в российской политике благодаря Алексею Навальному, — пишет Олег Козырев. — Это массовые обращения граждан в органы правопорядка, контроль за расходом средств в госкомпаниях, гражданские волонтерские онлайн—проекты, прозрачный сбор средств на гражданские и политические проекты, открытое финансирование крупным бизнесом и первые прозрачные выборы — КС…

Социальный контракт 35 бизнесменов — впервые в политической истории страны абсолютно по-западному стандарту заключен контракт между кандидатом и одной из групп избирателей. Ровно так же в демократических странах кандидаты заключают соглашения с профсоюзами, экологами, инициативными группами и т.д. И вот наконец-то пусть только одно, но полноценное такое соглашение в России. Причем в ситуации очевидных и серьезных рисков для лиц, это соглашение подписавших…"

"Не знаю почти никого из тех 37 предпринимателей, которые подписали с Навальным "социальный контракт". Но я очень хочу им всем сказать: вы сделали нечто невероятное, — пишет Марина Королева. — Для России это сравнимо с полетом в космос. Это вывод страны на другую орбиту.

Вообще — такой "социальный контракт" с кандидатами я бы распространила на любые выборы в России. Только тогда она перестанет быть страной безответственных детей, ждущих и зовущих нового папу. Папа приходит — но почему-то он снова пьет, бьет и ворует."

Антон Носик отмечает, что "о поддержке Навального, меж тем, публично объявили Камиль Курмакаев и Максим Фалдин (Wikimart), Елена Масолова (Eduson, Pixonic, Groupon), Юрий Вировец (HeadHunter), Виталий Таций (Кинопоиск), Михаил Иванов ("Манн, Иванов и Фербер"), Дмитрий Навоша (Sports.Ru), Гаджи Махтиев (Kanobu), Шахар Вайсер (Gettaxi), Анна и Мария Либерман ("Пространство идей") и еще две дюжины моих друзей и коллег по отрасли. Новость тут, понятное дело, не в том, что они его поддерживают, а в том, что не побоялись заявить об этом вслух. В наших условиях это, конечно же, риск — примеры бизнесов, раздербаненных "за политику", у каждого на слуху. Но суровая правда состоит в том, что жулики и воры попросту перегнули палку. Всякий российский предприниматель, доходы которого не связаны с распилом бюджетов под ментовской крышей, знает, что фактором риска сегодня в России является не политика, а любой успех самостоятельного игрока на рынке.

Евгений Чичваркин сегодня может казаться оппозиционером и политэмигрантом, но стоит вспомнить, что его проблемы изначально никак не были связаны с политической активностью. Некоей ОПГ захотелось украсть у него активы, и начался рейдерский прессинг по всем фронтам. Чичваркин как раз исправно искал политической крыши: купил в кои-то веки костюм и галстук, сходил в нем в Кремль на инаугурацию Медведева, поучаствовал в сурковском проекте неоппозиционной правой партии... Но все это не спасло. Когда криминал во власти разевает рот на твои активы, пытаться угодить и доказать лояльность — бесполезно. Молчание — плохая защита для ягнят.

Но одно дело — понимать, что премудрость пискаря тебя не защитит, а другое — публично отказаться от этой защиты в самый неудобный для жуликов и воров момент. На это готов далеко не каждый. К сегодняшнему дню в предвыборном фонде кандидата Навального нет ни одного перечисления от юридического лица, несмотря на огромное количество столичных бизнесменов, поддерживающих кандидата в личном качестве, анонимно, через посредников... Меня очень радует, что первыми не побоявшимися подняться в полный рост и заявить о своей позиции оказались представители как раз ИТ и интернет-бизнеса, которому я отдал последние 18 лет своей жизни. Единственные предприниматели в России, которые не получили ни рубля бюджетных денег, никакой господдержки, не имеют ни ментовской, ни едросской крыши, но при этом создают продукты, способные на равных конкурировать за российского потребителя с американскими сервисами, лидерами мировых рынков в своих сегментах.

Я рад, что именно мои собратья по интернет-отрасли нашли в себе смелость сказать вслух все то, о чем их коллеги из более традиционных отраслей бизнеса готовы пока разговаривать преимущественно на кухне, или постфактум — кто в эмиграции, кто на нарах.

Коррупция — достала.
С нею пора кончать.
Хватить бояться тех, кто ворует наши деньги.
Пусть лучше они нас боятся.
Venceremos."

Аристарх Космоплетов, впрочем, отмечает недостатки в такой форме поддержки: "37 предпринимателей заключили социальный контракт с кандидатом в мэры Москвы Алексеем Навальным. "Социальный контракт" — он же "общественный договор", точнее, его первый зачаток.

Идея отличная. Почти такая же, как создание Координационного Совета Оппозиции (КСО). Но, как и в том случае, ее губят виртуальность, недоработки… Нет социальной базы ниже владельцев компаний. Если бы они в рамках идеи (этой идеи!) заключили со своими работниками коллективные трудовые договоры, достойные 21 века, такая база и соответственно связь этой идеи по линии: "избиратель — Навальный" появилась бы. Возможно, у них уже заключены замечательные договоры с сотрудниками. Но я не нашел этого абзаца в письме. 37 владельцев компаний заключили "социальный контракт" с Навальным. Но что с этого получают 370 или 3700 РАБОТНИКОВ этих компаний? Что получают избиратели? Умозрительное: победит Навальный, власти будут меньше кошмарить бизнес, владелец нам (может быть) зарплату повысит?

Это не общественный договор, это надежда на нового, доброго, царя. Общественный договор — многоуровневый, охватывает все уровни общества снизу доверху. Возможно, ошибку еще можно исправить. Скажем, по требованию одной из сторон — кандидата Навального. Почему бы нет?"

Дмитрий Разин