Еще о голодовке Сергея Кривова

Еще раз побывали у Сергея Кривова в "Матросской Тишине" с безуспешной попыткой что-то сделать с его этой уже слишком сильно затянувшейся голодовкой. Сначала Зоя Светова долго и очень убедительно говорила с Сергеем. Выяснилось, что уже в воскресение при визите Борщева и Волковой он написал заявление о том, что готов прекратить голодовку, если ему дадут неделю на выход из нее без выездов в суд. Как я понимаю, участники написания заявления полагали, что это — выход. Руководство учреждения заняло такую позицию, что это — шантаж, а на шантаж поддаваться нельзя. (Ну, отказ от пищи — сам по себе шантажное поведение). И в суд Кривова будут продолжать вывозить, покуда не возникнет серьезных медицинских проблем. А от госпитализации он письменно отказывается. Напомню, что голодает Кривов, так как ему не выдают вовремя протоколы судебных заседаний, в связи с чем он полагает, что они фальсифицируются.

Я — не доктор, чтоб диагностировать состояние Кривова. Выглядит он неважно. Речь его нам с Зоей показалась какой-то немного неестественной, медицинские же работники считают, что все нормально. Похудел он сильно, 19, по-моему, килограмм потерял. Он жалуется на плохое самочувствие, как устно, так и письменно. Ну, вы знаете, что в суде к нему не пропускают "скорые", и все вот это. Когда он падает. Медицинские сотрудники СИЗО, а вслед за ними — руководство и УФСИН считают, что состояние Сергея Кривова — удовлетворительное. А обмороки в суде ни о чем не свидетельствуют, поскольку не зафиксированы врачем. А врач их не может зафиксировать, так как его в зал суда не пускают.  К тому же, сотрудники полагают, что Кривов подъедает втихаря, в частности — путем получения продуктов питания по межкамерной связи, а еще — при конвоировании в суд и в суде. Ну, про межкамерную связь я ничего не знаю, это что такое? а вот что до конвоирования и суда... Я юрист. Что делает юрист? Юрист читает законодательство. Просто читает. Иногда понимает. Что-то замечает. И делает выводы.

Ситуация вообще не очень хорошая, она мне не нравится. 62-й, что ли, день голодовки. Ну, хоть неделю вычеркните, хоть две недели, когда в камере находились продукты. Он не молод и не здоров. Если с ним, не приведи Всевышний, вдруг что-то случится, на нас всех будет вина. Но решать тут не мне, я — наблюдатель. Я наблюдаю. Содействую, согласно мандату, — по мере сил.

При том, что не мне обсуждать правильность действий заключенного, да еще голодающего, — но не могу на 100 процентов согласиться с тем, что надо подвергать свою жизнь угрозе из-за протоколов. Это важная, но всего лишь частность. Ну, опять-таки: каждый принимает решение сам.

В общем, в конструктивной и деловой атмосфере сотрудники следственного изолятора, включая медицинских работников, и члены ОНК путем рабочего обсуждения достигли того понимания, что Кривов завтра (уже сегодня) поедет в суд на специальной машине и в сопровождении медицинского работника. И где, интересно, медработник находится во время процесса, как решит судья? Ну и все такое. Это для Москвы, по-моему, новая практика, по крайней мере, я с ней не сталкивалась.

Тут, кстати, в районе 19 прибыли еще два члена ОНК в усиление. Это были члены нового созыва ОНК Москвы от команды Антона Цветкова, наши новые коллеги! Павел Пятницкий и Вячеслав Панькин. Я лично очень рада была прибытию новых членов ОНК, только я сначала не вполне поняла, почему их вызвало в СИЗО УФСИН. Таких солидных мужчин. Но потом я-то я поняла, что это — очень правильный новый метод взаимодействия учреждения, управления и ОНК: если в СИЗО вдруг мало наблюдателей, то управление теперь поскорей позвонит новому председателю ОНК, например, и пригласит еще восемь парочку, чтоб наблюдателям такой толпой было удобней дезорганизовыватьь проверять работу учреждения, в частности — соблюдение в учреждении прав и законных интересов заключенных, я обычно этим занимаюсь. Остальные — пусть чем хотят занимаются. Анекдотами, историями из жизни, политическими набросами... Всем людям, у которых полно свободного времени, это очень актуально. Разногласий между четырьмя присутствовавшими наблюдателями не возникло. Один из новых наблюдателей тоже не мог взять в толк, почему бы Кривова и не подержать без судов в больнице несколько дней. Вообще ни у кого не возникло никаких разногласий. Нам только как-то надо решать вопрос с выходом из голодовки Кривова. Этот вопрос не решен до сих пор, как я понимаю. Если сейчас с Кривовым находится в суде медработник, то это — частичное решение вопроса. Да, вот сейчас мне сообщают, что Кривов прибыл в суд вместе с медицинским работником. Очень хорошо, спасибо большое.

Писала уже в твиттер: спасибо огромное, СИЗО-1, что приняли наконец телевизоры от "Справедливой помощи". "Справедливая помощь", спасибо, что передали! Это было долго, но операция увенчалась успехом, и я очень вам признательна! Уже не верила в успех. Вот только в свой адрес я почему-то по этому поводу никакого "спасибо" не услышала. Ну, ничего, бывает. Главное — что мы это сделали. Я очень надеюсь, что в ближайшем будущем гуманитарную помощь распределят по нуждающимся камерам.

Кстати, о телевизорах. Никто не хочет оказать следственным изоляторам Москвы благотворительную помощь? Телевизоров по-прежнему не хватает. Вот СИЗО-5 очень просит телевизоров, небольших. Там, кстати, сидят несовершеннолетние, поэтому я обратила бы на это ваше внимание. Подумайте, вдруг вам известно, кто мог бы пожертвовать? Но только телевизоры нужны новые и со всеми необходимыми документами. Можно со мной связаться для уточнения деталей. Ну, я еще буду отдельно об этом писать. В общем, это тема важная: в камерах месяцами сидишь, и кроме книжек и ТВ, заняться мало чем есть. Очень просят многие камеры, которые мы посещаем, телевизоры. Буду признательна за помощь.

Анна Каретникова

Livejournal

! Орфография и стилистика автора сохранены