У Аверинцева, помню, когда-то прочитал, что людям в России некомфортно, когда им предлагаются разные точки зрения относительно общего порядка вещей. Им важно, чтобы сказано было, "как правильно". Кем-то, о ком они знали бы, что ему или им положено говорить правильно. А что, разве не так?
Скажут, например, что Гитлер враг, - значит, враг; скажут, что друг, - значит, друг. Скажут, что Сталин гений всех времен и народов, - значит, так и есть; скажут, что преступник, - значит, преступник. Скажут, что Америка есть главное мировое зло, - значит, главное и мировое; скажут, что партнер и союзник, - значит, партнер и союзник. Посмотрите данные социологов об отношении к США за последние 10-15 лет, увидите, какие там прыжки от любви к ненависти и обратно, повторяющие прыжки в Кремле и на ТВ.
Отсюда не следует, конечно, что у людей нет собственных ощущений о правильном и неправильном. Отсюда следует, что этим собственным ощущениям они не очень доверяют. Они могут отличить черное от белого, когда то и другое рядом с ними, но когда далеко или высоко, на зрение свое не полагаются. А полагаются на тех, "кому там виднее".
Но если так, то и сегодняшнее белое завтра, вполне возможно, будет восприниматься черным. И, соответственно, наоборот. Скажем, воспринимаемые сегодня "фашистами" начнут считаться героями. Скажут новые вожди и новые (или прежние) дикторы на ТВ, что "так правильно", и их "правильное" станет общепринятым. Кто, например, вспоминает о том, что говорили когда-то о деятелях "пражской весны" или польской "Солидарности"?
Однако...Однако слабая надежда на смену нынешнего "правильного", которое мне не нравится, ему альтернативным и мне импонирующим слабеет еще больше, когда вспоминаю о том, как это происходило раньше. А происходило это так, что руководящее объявление черного белым и белого черным людьми воспринималось, но появлением у них собственного зрения, способного различать цвета, не сопровождалось. Представление о правильном оставалось представлением солдата, живущего в ожидании приказа, который может ощущаться сомнительным, но не может быть поставлен под сомнение. И не по одной лишь причине страха наказания, но и по причине страха неведения об общем интересе страны и общих замыслах командования, которому этот интерес только и может быть вЕдом . Полагаете, что это уже не так?
Вот в Украине, кажется, не совсем так. Там представления о правильном, друг с другом не совпадающие, пошли снизу вверх. Медленно, неуверенно, со сбоями, но пошли. И потому их несовпадения наверху там тоже дискомфорта не вызывают, воспринимаясь не аномалией, а движением к норме. Там привнесенное извне солдатское отношение к государству сменяется гражданским - в том числе, и у самих солдат. Это только начало, но начало иного, чем было. А российская реакция на происходящее в Украине - традиционно солдатская, Это реакция социума, страшащегося остаться без верховных предписаний насчет единого для всех "как правильно".
Вот почему едва ли не единственная моя сегодня надежда - на пример украинской удачи. Которой украинцем очень сильно желаю. Уходящий 2014-й был в европейской истории вашим годом. Пусть таким будет и 2015.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
