"Предпочитаю не называть себя скинхедом"

В северном городе Кирове есть андеграундная стрит-панк группа "Klowns" с текстами на актуальные социальные темы. Атеизм, классовые проблемы и юношеское бунтарство — их повестка. Творчество группы пользуется популярностью в кругах протестной молодежи, скинхедов, левых и антифашистов по всей России. Один из альбомов "Klowns" — "Герои всегда рядом" — посвящен "узникам Болотной". Но одной группы и одного стиля музыкантам оказалось мало и они создали философскую панк-группу "Двадцатые" и политический рок-проект "Восточный экспресс".  "Klowns" начали играть в далеком 2002 году. За долгие годы музыканты были очевидцами взлета и падения ультралевых идей, многочисленных стычек с нацистами. О кризисе субкультурных радикалов, социально-политическом ландшафте Кировской области, "украинском" расколе в левом движении, а также, обвинениях в сталинизме, расизме и поддержке "Новороссии" корреспондент “Каспаров.Ru” побеседовал с вокалистом группы Сергеем Ситниковым.

Почему ребята из Кирова начали петь о левых скинхедах и социализме, выбрав такое странное название?

Если перевести с английского, наша группа называется "Клоуны". Но дело не в названии – мы его придумали, когда были очень молоды. Были, так сказать, другими людьми. Наша музыка – рок, а направление и эстетика – стрит-панк, окрашенный в левые идеологические тона.

Как все началось? Шел 2002 год. Первоначально мы хотели играть ска-панк. В плане текстов это абсолютно примитивная, пустая музыка. Но нас это не смущало. Мы были подростками, которых интересовал панк-рок и тусовки. Собственно скинхеды нас не так уж и интересовали. Но когда мы познакомились с людьми, которые увлекались антифашизмом, вегетарианством, DIY (неформальная культура, краеугольный камень которой — самостоятельное обучение новым навыкам и приобретение новых знаний — прим. Каспаров.Ru) – нас это захватило, и мы начали привносить эти идеи в свои песни. Назвались Ой!-группой (музыкальное направление, популярное у скинхедов), не зная, о чем "должны" петь: интернет тогда был слабенький. Подумали и решили – будем писать тексты об империализме США, расизме, капитализме и так далее.

Вы все еще выглядите, как скинхед. Эти идеи по-прежнему актуальны для вас?

В принципе, им и являюсь: в стиле одежды, музыкальных вкусах. Но предпочитаю не называть себя так. Не хочется вешать на себя ярлыки, да и, по сути, скинхед из меня не стопроцентный. Драки и футбол я особо не люблю. Меня интересуют музыка и изучение политических идеологий – левых и правых. Нравится читать книги и писать стихи, ходить в спортзал, но не раскачиваться, а чтобы выглядеть в свои годы более-менее. Еще я учитель в школе дистанционного образования.

Кроме "Klowns" у вас есть еще другие проекты?

"Двадцатые", – это старая группа, появилась в 2009 году, она неполитизированная. Сейчас мы не даем концерты, но в будущем все возможно. "Восточный экспресс", – альтернативный рок с левацкой эстетикой, играем с мая 2015 года. "Klowns", все-таки, сильно субкультурная группа, а хочется чего-то более взрослого, серьезного, и музыкально более сложного. Возможно, весной выпустим альбом "Восточного экспресса". Может и "Klowns" порадует новыми песнями.

Почему в ваших альбомах 2000-х львиная доля песен с критикой правых?

Нас чаще всего называют антифа-группой. Но для нас идея антифашизма – это только часть левого движения; мы, прежде всего, левые. Мне не нравится, когда говорят, что я состоял в антифа. Это глупо, так как это субкультура, а хочется быть выше этого.

Мы такого статуса не добивались – само собой получилось. Поначалу правые скинхеды ходили на наши концерты, а тут мы сочинили песню, без всякой задней мысли, против их идей. И понеслось. Начались драки на концертах, мы и сами часто скидывали инструменты и участвовали в этом деле. "Klowns" снискала славу антифа. Бонхеды (ироничное название наци-скинхедов, дословно "костяная голова — прим. Каспаров.Ru) перестали ходить на наши концерты, у нас образовалась своя сцена. Пошло противостояние с нацистами, особенно жестко было году в 2005, и начался расцвет нашего движения. Это был примитивный, подростковый, но массовый движ, теперь он поутих. Приоритеты другие появились. Особых конфликтов с правыми уже нет, но, возможно, молодые парни, которых я не знаю, в чем-то таком и участвуют. Молодежь не меняется никогда.

Националисты считают, что левые и антифашисты появились, чтобы защищать от них мигрантов. Судя по вашим словам, все сложнее?

Это неверно для российских антифа. Нет, конечно, может кто-то и защищал мигрантов, но вот как? Ходить по улицам или охранять общежития с неграми? Это как из пушки по воробьям стрелять, да и не видел я такого. Кавказцы? Да они сами себя неплохо защитят. Антифа появились стихийно, когда околоконцертное насилие нацистов достало и спровоцировало ответ. Многие, не помышляли ни о каком фа или антифа. Ну тусуйтесь на концертах, бритая шпана, но людей зачем трогать? Если бы они были здравомыслящими, не было бы уличной войны.

Левые и антифа – это не одно целое. Когда антифа гоняла нацистов – это была субкультура, ярлык. В антифу могли входить аполитичный рэпер, кавказец и громила, которому хотелось подраться. Когда угроза устранилась, лишние люди начали отсеиваться. Тех, кого интересовали драки, уже давно нет в движении, они заняты другими делами. Нормальные люди в основе остались, но среди тех, кто называет себя антифа, уже полно разных посмешищ – люди ходят с "кельтами" (кельтский крест — один из символов, используемых радикальными националистами — прим. Каспаров.Ru), слушают правую сцену. 

Движение стало местами карикатурным. Но из уличного противостояния субкультур вышло много достойных людей, которые не остановились на антифашизме.

Фигурант дела БОРН Илья Горячев призывал власти бороться с левыми субкультурами. Дескать, они основа "оранжевого" Майдана, и готовы развалить страну.

Это демагогия. Полно пророссийской, патриотической левой молодежи. Понятно, что она в заднице, как и все левое движение. Я бы уж точно не стал называть их костяком Майдана, если он будет в России. Скорее, нацисты поддержат его, как многие из них одобрили Евромайдан и АТО. Скорее ультраправые будут виноваты в развале России, чем левые, у которых, извините, даже сил не хватит на что-то повлиять.

Поле радикальных субкультур напоминает выжженную пустыню. С чем связан упадок?

Это видно во всех сферах: концерты людей не интересуют, самиздат, активизм — тоже. Мне сложно говорить о причинах, но, кажется, факторов множество. Отчасти это связно с Майданом и внутриполитической обстановкой. Объяснять распад движений Майданом нельзя, но он стал катализатором. Субкультура эфемерна. Дуновение Майдана разрушило прошлое единство, и показало, что она – набор совершенно разных людей. Чем-то единым она быть не может. Оказалось, что некоторые среди нас далеко не левые, не антифа, а вполне правые. Но это не особо важно – субкультура это субкультура. На что она может повлиять? Да почти ни на что. Бог с ней.

Вас обвиняли в расизме, гендерном шовинизме и ненависти к ЛГБТ. За что?

На нас накинулись, когда мы в песне "Горите в аду!", также проклинающей Ельцина, затронули иммигрантов и секс-меньшинства в не очень приглядном для них свете. Проблемы миграции есть везде. Почему об этом не спеть? Мы же без оттенка расизма это сделали! Какой феминизм, когда насущные проблемы – купить еды или выплатить ипотеку! Это не значит, что мы против феминизма или борьбы с гомофобией. Мы выразили отношение к формам, которые они приобретают в России – они отталкивают людей. Например, прибить гениталии на площади. Мне не хочется, чтобы такие действия ассоциировались с левым движением. Это мое субъективное мнение, но я не вправе судить, кому и что делать.

Это неприятие современных левых Европы, для которых одна из первостепенных задач — борьба с разными формами ксенофобии?

Мы не хотим быть калькой западных групп. Должна же быть у нас какая-то самобытность? Понятно, что  на сцене её немного, но мы стремимся петь на русском языке и не отрываться от русских реалий. Если у нас нет развитого гражданского общества с адекватным феминистическим движением – мы это и отражаем.

Не надо тупо копировать лозунги и дискурс из Европы. Там развита феминистическая борьба, в этом ничего плохого нет, но нам до этого надо дойти, чтобы меньшинства сами становились частью левой борьбы. Например, кавказцам плевать на левое движение, у них нет проблем. Вот у выходцев из Средней Азии тяжелые условия жизни, но этим никто из левых субкультурщиков не занимается. Легче абстрактно рассуждать, что в Германии угнетают геев, а США бомбили Хиросиму, чем говорить о том, что на районе в подвалах живет пятьдесят среднеазиатов. Это неинтересно.

Нашим левым лучше заниматься более приземленными проблемами, а не создавать субкультуру ради субкультуры.

Сейчас вы мягче относитесь к национализму, чем на заре существования "Klowns"? В Вашей группе ВКонтакте написано, что с "русофобами и противниками России" Вам никогда "не будет по пути". Как это понимать?

У нас нет предубеждений против каких-либо национальностей. Против Европы тоже. Национализм? Он бывает разный. Естественно, мы против буржуазного национализма, который не способствует объединению народа, а призывает к борьбе против других наций или меньшинств. Но бывают же национально-освободительные движения, где национализм нужен для революционных целей. Такие формы национализма я поддерживаю.

Мы против русофобии. Когда прошли майдановские события, многие деятели из бывших советских республик начали активно употреблять выражения: ватники, москали, во всем виноват русский мир. Мы видим в этом русофобию. Как будто патриотами только они могут быть. И обвиняют в чем попало. Мы не имеем ничего против их патриотизма, но зачем оскорблять всех русских? Что я им сделал – в тысяче километров от Киева? Как я связан с властью, сурковской пропагандой? Россия – страшная страна, но мы верим, что в ней возможны изменения. Не надо отказывать в творческом потенциале всему народу в тяжелое время.

Из-за концертов с итальянской рок-группой "Banda Bassotti", анархисты вас записали в сталинисты.

Конечно "Banda Bassotti" не жили в России, и обвинять их в сталинизме глупо. Это простые люди, искренние коммунисты, активные, несмотря на то, что им за пятьдесят лет. Что до меня – я, безусловно, не сталинист, да и не анархист тоже. Если так уж интересно, всегда можно мне написать – я открыт для диалога.

Почему лично вы подписаны ВКонтакте на группу "Сводки от ополчения Новороссии"? В наше время многие расценивают это как политический жест.

Мне было интересно следить за всем этим. Да, не скрою, я сочувствовал борьбе за отделение от новой украинской власти, которая ничего хорошего не принесла. Наивно, конечно, теперь звучит. Хотя на Донбассе еще остались пассионарии, но все слито Россией, и не привело к возникновению каких-то социалистических республик. Может, не смогли, может — не захотели. АТО и эту войну я, конечно, не поддерживаю, поскорей бы она закончилась.

Тема Украины в левой сцене табуирована. Люди стараются не высказываться, чтобы не подвергнуться остракизму: перестанут приглашать на концерты. Якобы все против войны. Было заявленние с одной точкой зрения, которое подписали многие люди, организации, журналы. Но если высказать свою, альтернативную точку зрения — заклюют.

Я неоднократно посещал автостопом вятские края. Мне кажется, Кировская область не из числа преуспевающих?

Область дотационная, экономика развита плохо, все нерадужно: подъем цен, уменьшение зарплат, причем, не первый год. Мы в двадцатке самых неблагополучных регионов, а в глубинке уже буквально Третий мир. Деревни в запустении: колхозы разрушили,  не дав взамен ничего. Молодежь бежит в город. Наверное, песню об этом сочиню. В самом Кирове относительно лучше. В "тучных" двухтысячных был небольшой подъем, но он же шел по всей стране.

Область "красная" (по аналогии с "красной зоной" — жестко контролируемая администрацией и аффилированными структурами, в том числе, с применением незаконных методов — прим. Каспаров.Ru). Высовываться особенно не получается – нет сильного правозащитного движения, а люди в большинстве апатичные. Если власти захотят – прижмут любого. Были у нас некоторые проблемы, но не прессовали – мы органам не особенно нужны. Концерты нормально проходят. Вот соседняя Нижегородская область – вот там да, репрессии. Другая сторона: на дорогах, у меня друг в ГИБДД работает, все законно, как правило. 

Губернатор в нашей области, якобы оппозиционный. Но, по-моему, что-то не заметно. Для людей моего круга – рассуждать о Никите Белых, все равно, что о погоде говорить. Власть, как и погоду, не изменишь и не повлияешь на нее. В провинции, особенно. 

Вы ждете осенью этого года протестов на фоне выборов в Госдуму? Возможно ли в России нечто вроде Майдана?

Ждать чего-то можно, но до уровня Киева не дойдет. Что-то глобальное у оппозиции возникнет, только если Путин отправится в мир иной. Пока он ничего подобного не допустит. Да и если бы оно произошло, какую бы идеологическую окраску оно имело? Уж точно, не левую. Было бы что-то похуже, чем в Украине. Поневоле думаешь – нужно ли это народу? Но с другой стороны – такую стабильность, как у Путина, тоже не надо. Как-то непозитивно в перспективе.

Максим Собеский