Встреча во Внуково, три урока.
До аэропорта я добрался загодя, но вход внутрь здания уже был заблокирован силовиками. Раздвинув группу скопившихся людей, я приблизился к рамке металлоискателя и пошел дальше. Ко мне потянулись руки людей в форме. "Да ваш отец помоложе будет, не выталкивайте деда на 20-градусный мороз", — сказал я уверенно и прошел в здание вокзала. Руки омоно-чекистов как-то слегка разжались...
Урок первый.
Силовики сами не рвутся выполнять абсурдные приказы, и, значит, с ними надо пытаться устанавливать контакт.
До прилета Навального оставался примерно час. Внутри помещения аэропорта выстроилась плотная цепь омоновцев. Я подошел к "космонавтам".
— Навальный будет выходить через этот проход? — спросил я, изображая наивного дедушку и прекрасно зная, что омоновцам запрещено вступать в диалог с гражданами.
— Он сюда не прилетит, — полушепотом и сквозь зубы ответила пластиковая каска.
Я не поверил, что мне действительно ответили, да еще и, похоже, сказали правду... И переспросил:
— Что, не прилетит во Внуково?
Каска ответ повторила...
Вывод первого урока подтвердил урок второй.
Он же позволил сделать новые заключения... Когда, вернувшись домой, я восстановил большую часть картины маслом "Прилет Навального", стало понятно, что к чему. ...Власти сознавали, что встречать "иноагента" приедет множество людей. Про опыт Минска, где задержанных омоновцами нередко удается отбивать, в Кремле знают не хуже нас с вами. Поэтому, стремясь исключить нежелательные сценарии, чекисты решили собрать энтузиастов во Внуково, а самолет посадить в ничего не подозревающем Шереметьево... Иначе говоря, власти не только сознавали, что во Внуково они провоцировали силовой протест, и готовились к нему загодя. Они и прорепетировали его разгон — смотри урок номер три.
Пока сотни людей, прошедшие разными способами внутрь аэровокзала, ждали прилета своего героя, омоно-чекисты лениво время от времени хватали наиболее активных встречающих — кого с российским флагом, кого с громкими антипутинскими выкриками... Но в какой-то момент, очевидно, поступила команда удалить часть встречавших из здания, и началась операция "зверское давилово". Тот, кто попал в это месиво, реально опасался быть затоптанным или сломать себе руки-ноги. (Уверен, искалеченные там действительно были, просто о них СМИ не сообщают...) Находясь в нескольких метрах от прессуемых, стремясь охладить пыл отборных двухметровых амбалов в форме, я стал орать традиционное "позор", но меня никто не поддержал. Секунд через десять народ стал скандировать: "Фа-ши-сты!"
Выводы из третьего урока понятны.
Действительно, не все омоновцы звери, но совершенно ясно, что строить по этому поводу большие иллюзии нельзя. ОМОН — это машина, которая довольно тупо выполняет команды, когда эти команды поступают. И еще один вывод — я убедился, что часть общества настроена гораздо радикальней, чем это было недавно и чем я мог себе представить. Конфликт общества и власти стал на порядок острее.
Перечисленные выводы и уроки важны потому, что они продолжают действовать далеко за пределами Внуково — от Хабаровска до Шиеса, от Москвы — до Питера...
Про линию Кремля.
Власть не просто подтвердила, что главное для нее — она сама и ее самосохранение. Это было ясно и раньше. Теперь нам показали, что власть — это не только высшая, но и ЕДИНСТВЕННАЯ ценность путинизма. Народу здесь если и позволено выживать, то только по "остаточному принципу".
— Ради самосохранения Кремль отбрасывает право. Раньше он старался имитировать соблюдение закона, теперь нам откровенно показывают: если закон мешает — не сомневайтесь — мы его растопчем, без всяких колебаний.
— Ради самосохранения Кремль плюет и на весь внешний мир, и на престиж государства. Любые протесты Запада нам не указ, заявляет Песков. Но, конечно, это только слова. На самом деле солидарность Запада для гражданского общества важна как никогда, и мы очень благодарны за эту солидарность.
Кремль демонстрирует абсолютную неспособность к диалогу и к какому-то компромиссу. Он действует по принципу — да, отравить не удалось, значит, посадим! Крайняя жестокость превращается в неосталинскую государственную норму — человека, чудом выжившего после отравления и не долечившегося за рубежом, собственные власти гостеприимно встречают с наручниками. Ветераны не забыли, как попавшие в плен досиживали свое в ГУЛАГе!
Что дальше.
Арест Алексея вполне может стать триггером открытого протеста, растущего и накапливающегося из года в год... Если Кремль и дальше будет беспредельничать, в стране может возникнуть совсем иной и очень опасный тип сопротивления. Отчасти он уже возник, про стрельбу на Лубянке, про взрывы у региональных отделений ФСБ СМИ периодически сообщают. Конечно, Россия — не Украина, где Бандера и Шухевич создали 400-тысячную армию. Но РОА, РОНА и казачьи формирования действовали и в России. Собственно, сам сталинизм был сломлен двумя восстаниями в ГУЛАГе весной — осенью 53-го года. С протестом, вырастающим из иной, чем демократическая оппозиция, основы и не имеющим к ней отношения, вести переговоры будет невозможно. Неужели кто-то в Кремле хочет сознательно столкнуть страну в пучину гражданской войны?!
Всякий политик — и в Кремле, и справа, и слева — должен настаивать на переговорах, на диалоге, на исключении варианта с удалением Алексея Навального из нашей политической жизни. Навальный для десятков миллионов соотечественников — это бесстрашный борец с коррупцией. Тот, кто не хочет его даже услышать, кто выступает против интересов миллионов россиян, выталкивает нас на неправильный, совершенно неприемлемый и крайне опасный для России путь.
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
