Если ты долго расследуешь убийства, причем на потоке, ты на всю жизнь перестаешь ужасаться трупам как таковым, ты смотришь и изучаешь. Автоматически.
За эти четверо суток (вечность) я посмотрел массу видео с убитыми людьми и каждый раз неосознанно моделировал обстоятельства получения повреждений.
Вот женщина с травматической ампутацией нижней конечности. Взрывная травма, ранение первичным снарядом.
Вот мальчик в военной экипировке, лет двадцати, обожженный, но смерть не от воздействия высокой температуры, а от пулевых или осколочных ранений, не разобрать без эксперта.
А этот мальчик, хоть и ранен тяжело в бедро, скончался именно от огня, в котором оказался, сидючи в БТР, что вроде защита и успокаивает, когда ты внутри среди таких же мальчишек, но на деле - ловушка без шансов выбраться.
Потом я начинаю мотать время назад, я ничего не могу с собой сделать, я мотаю время назад и моделирую.
Вот эта женщина еще неделю назад варит кашу на ужин себе и мужу на их тесной, но уютной кухне.
Мальчики на учениях и жидко какают в кустах за палаткой, наевшись холодных консервов.
Новогодняя ночь и женщина обнимает дочку, она приехала с зятем и внуками.
Мальчики в казарме тайком наливают друг другу водку в пластиковые стаканчики.
Все смеются. Такая ночь, все счастливы.
Но все это время в каких-то главных головах война. В новогоднюю ночь эти головы говорят о мире и желают его в телевизор, но они знают, что мира не будет, будет война.
Они врут. Они знают, что их слушают и те, кто скоро станет трупами по их воле.
Потом они посылают этих мальчиков убивать, и они убивают эту женщину, а потом мужчины стреляют в этих мальчиков и сжигают их - кого заживо, а кого мертвого, как получится. Это война.
А те головы, что придумали войну, посылают и посылают мальчиков, мужчин, женщин - кого придется - убивать других мальчиков, мужчин, женщин - кого придется.
И за каждым трупом, за каждым раненым, о котором молюсь, даже если вижу, что рана смертельная, и человек доживает свои последние минуты, за каждым сгоревшим домом и сожженным танком я вижу смутные силуэты с головами, в которых война.
Меня гложет, что я знаю, кто они.
Меня гложет, что я ничего не могу сделать большого, такого, что остановит это прямо сейчас.
Меня гложет, что в двух странах, в которых есть всё, чтобы жить счастливо, приезжать другу к другу в гости пить вино и есть пироги, люди умирают от того, что кто-то приказал одним убивать других.
Я не могу не видеть эти знакомые силуэты.
Я не могу этого не видеть.
За каждым раненым и убитым.
Я не могу этого не видеть.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
