Последнее время читаю разные мнения активистов, которые пытаются понять, как им действовать в новой реальности - в связи с планами кремля “полного решения гейского вопроса” (то есть, запрета любой открытости ЛГБТ) на осенней сессии Думы.
Кто-то предлагает быть скромнее и поменьше махать радужными флагами, чтобы не “провоцировать” режим на новый виток репрессий (чем меньше мини-юбок мы наденем, тем добрее к нам будут насильники, - известная стратегия).
Кто-то предлагает “не бояться” и продолжать активистскую работу “как обычно”, потому что ресурсы у власти ограничены и полного запрета добиться невозможно по определению. “Всего-то сто с небольшим дел по статье о “гей-пропаганде” с 2013 года, - пишет Игорь Кочетков, - где вы видите системные репрессии против ЛГБТ?" "Цель закона - запугать, а не уничтожить", - говорит тот самый активист, который помогал спасать от смерти сотни геев из кадыровских подвалов.
О том, что проект нового закона (даже не закон) поднимет криминальное насилие против уязвимой ЛГБТ-группы на новый уровень, он даже не упоминает. Между тем, за “скромной” судебной статистикой стоит целый пласт институционализированного гомофобного насилия - от швабры в анусе заключённых до отрезанных гениталий пленного украинского военного - под предлогом того, что он “педофил” и (видимо, по мнению ублюдков) имеет отношение к ЛГБТ-военным в украинской армии.
Это лишь на первый взгляд “скромная” статистика по делам о гей-пропаганде кажется безобидной, на самом деле являясь вершиной государственного айсберга из кровавого насилия. Понятно, что война добавит этому насилию озверения и крови.
Как правозащитник, Игорь Кочетков (как и многие другие) не верит в реальность “подполья” для ЛГБТ, поскольку путинский режим (как он считает) сам себе не враг и не станет отталкивать протестную молодёжь, успевшую привыкнуть к сексуальным свободам, из рациональных соображений. (Как будто Путин озабочен симпатиями протестной молодёжи).
Что тут скажешь? Надежда на “рационализм” свихнувшегося диктатора - это странная надежда. О том, что война не в интересах Путина, мы говорили до 24 февраля. И где теперь эти надежды на здравый смысл?
“В кремле не настолько наивны”, - пишет активист. Они не наивны, согласен. Они - сумасшедшие имперские маразматики, вставшие на путь уничтожения страны. Атака на ЛГБТ - часть такого саморазрушения России.
В этой новой реальности хорошо бы увидеть себя всем, потому что активизм “as usual” остался в прошлом.
Режим пошёл вразнос, его главная задача - выживание в условиях войны (и её провалов). А то, что гей-сообщество - идеальный кандидат для антизападной истерики и мобилизации - совершенно очевидно. Вслед за штабами Навального, "Эхом", "Дождём", “Мемориалом” и “Сохнутом” придут и за “Российской ЛГБТ-Сетью”, - это дело времени.
Чем глубже будет поражение режима, тем неизбежнее потребность в расправе над “пятой колонной”. Выбор жертвы упрощается тем, что существует готовый закон. Кто мешает завинчивать гайки и дальше, приближаясь к “тезису” Кадырова, что “у нас геев нет”?
Ошибка многих активистов в том, что они продолжают жить в мирной стране, в рамках привычных “стратегий”. Но война сильно изменила ситуацию. Очевидно, что “меньшинства” годами находились на мушке у режима. Осталось только спустить курок.
Впрочем, я согласен с Кочетковым: “не надо бояться”. Но это означает не привычную “рутину” в российских судах (которых давно нет, как института), а выбор другого курса. Вместо парадигмы “малых дел” лучше исходить из перспективы крупных поражений путинской России.
Такого государства, которое стирает в пыль мирные города, убивает женщин и детей, отрезает пленным гениталии, насилует украинцев на оккупированных территориях, лжёт с утра до вечера, - не должно существовать. Ему в принципе не место в цивилизованной Европе.
Обсуждать сейчас перспективы депутатского закона о судьбе ЛГБТ в России - немного странное занятие. Потому что нет ни “депутатов”, ни “закона”, ни “России” - как правового государства. Ни общества, к которому можно обращаться. А есть криминальная банда отморозков и военных преступников, которые плевать хотели на “законы” и “права”. И которые сделают с любым активистом всё, что захотят.
Если можно посадить на 7 лет за антивоенную речь, то кто сказал, что нельзя посадить за слова в поддержку ЛГБТ? Особенно, если ЛГБТ-активист ещё и противник войны? Любой нормальный человек сегодня должен быть антивоенным активистом, - и значит должен жить под угрозой “уголовки” каждый день.
О каком “активизме” в военное время мы говорим?
Не будем обольщаться мирными форматами. Закат военного режима - это время “беспредела”, репрессий и подполья. К этому мы и должны быть готовы.
Стоит ли евреям всерьёз оспаривать в судах “нюрнбергские законы” 1935 года? И надеяться при этом, что “фюрер - не дурак” и не станет расширять репрессии в Германии, потому что побоится оттолкнуть от себя не-арийскую молодёжь?
“Конечно, неприятно, что побили несколько витрин в еврейских магазинах, что выгоняют с работы и приняли закон о “неполноценности”, но можно ли назвать это массовыми репрессиями?” - говорили, видимо, немецкие евреи, не подозревая, что через три года их ждёт “Хрустальная ночь”?.
Главное - не бояться. И делать вид, что ничего не происходит. Что живёшь не в рейхе, а в нормальном государстве. (Как-никак, в рейхстаге “не дураки сидят”).
Вера в активизм - из этой оперы. Просвещение - против оккупации; зум-конференции - против руин Мариуполя; семинары - против отрезанных гениталий, пикеты против массовых расстрелов...
А может быть, дело не в семинарах, пикетах и просвещении, а в том, что кровавой империи просто не место на карте?
Активизм тут не поможет, потому что рейх невозможно изменить пикетом и плакатом. Нужны другие актуальные “стратегии”.
P.S.
Последнее время всё чаще хочется слушать “Адвокатский вальс” Юлия Кима. Параллели с 70-ми - на поверхности. (“Конечно, усилия тщетны, и им не вдолбить ничего. / Предметы для них беспредметны, а белое просто черно..”)
Правозащита (“активизм” тех лет), как “факультет ненужных вещей”... Можно долго спорить об эффективности “правового” сопротивления в рамках преступной системы. Но без краха СССР правозащита так и осталась бы символическим жестом протеста.
Без рухнувшей системы безнадёжный “вальс” так и звучал бы на кухнях, а люди сидели бы в камерах. Правозащита - символическая вещь. Респект правозащите, - но не она пробивает стены и приближает выход на свободу.
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
