После унизительной сдачи Херсона российским войскам так и не удается одержать существенных побед на поле боя. Даже разрушительные удары по инфраструктуре Украины не дают желаемого эффекта. Вместе с тем, вопреки ожиданиям некоторых экспертов, поражения пока не приводят ни к ощутимому росту антивоенных настроенных настроений в России, ни к бунту радикал-патриотов против Путина, пишет Jamestown Foundation.
С одной стороны, это объясняется тем, что основной сегмент поддержки войны до сих пор носит аполитично-конформистский характер. Даже прокремлевские телеграм-каналы признают, что "российский социум не принимает интенсивную политизацию, и большинство россиян старается сохранить привычный для себя формат аполитичности". Что же касается "идейно заряженного" радикально-патриотического меньшинства, пропаганде, похоже, удается изменить ключевой подход к войне. Если раньше война и победа в ней воспринималась как высшая цель, то сейчас, при формальном сохранении прежних постулатов, она занимает все более второстепенную роль, и преподносится скорее как средство решения внутренних проблем России.
К примеру, все последние месяцы одним из основных тезисов пропаганды на всех уровнях было утверждение о том, что ради достижения победы необходима коренная перестройка страны. Сюда входит и перевод экономики на военные рельсы, создание новой "идеологии победы", и "очищение от предателей". Однако в последнее время все чаще можно увидеть, что цель и средство меняются местами, и пропагандисты прямо начали заявлять о том, что война выгодна России в первую очередь для решения внутренних проблем.
В главном пропагандистском шоу России "Вечере с Владимиром Соловьевым" начали открыто звучать заявления о том, что именно война перестраивает экономику и помогает бороться с "враньем и двойными стандартами", став единственно возможным толчком для достижения желанных перемен. Другие пропагандисты выражаются в том же ключе, отмечая, что война, породив глобальный конфликт с Западом, который, якобы создала возможности для отказа от офшоров. Религиозные пропагандисты добавляют, что готовность убивать и умирать является подлинной сутью "святого" русского народа, и потому он в любом случае должен проливать кровь, чтобы вновь стать собой.
В последнее время нарратив о том, что война является средством очищения общества, стал настолько базовым, что его повторил даже лично Владимир Путин. На встрече с матерями мобилизованных (большинство из которых, как выяснили журналисты, оказались чиновницами), он прямо заявил, что "сегодняшние события – это путь к очищению".
С одной стороны, утверждения о том, что Россия убивает десятки тысяч невинных людей только потому, что иначе не способна решить свои внутренние проблемы, отдают особым цинизмом. Но, с другой стороны, они позволяют большинству российского общества больше концентрироваться на "процессе очищения" и меньше обращать внимание на то, что происходит на фронтах. Не случайно на этом фоне пропагандисты даже начали позволять себе высказывания о том, что Херсон и даже Крым нельзя рассматривать как в чистом виде "российскую территорию", поскольку это уже "другая история".
Можно выделить несколько граней того самого "очищения", которое отвечает глубинным ожиданиям российского большинства, и потому находит отклик у многих обывателей. Во-первых, это ощущение единства и солидарности в среде активных сторонников войны, выражающееся в росте волонтерского движения. На уровне России возникают межрегиональные волонтерские организации в то время, как на низовом уровне проводится сбор медикаментов и предметов гигиены для военных.
Во многих российских регионах создаются инициативные группы попомощи мобилизованным, которые занимаются пошивом теплых варежек, балаклав и других зимних вещей. Правда, в подобных движениях задействовано совсем немного людей, и зачастую местным властям приходится в принудительном заставлять студентов или даже школьников шить вещи для мобилизованных. Однако в глазах радикал-патриотов, тем не менее, создается иллюзия "народного единства на фоне священной войны".
Второй аспект "очищения страны" – это вынужденное включение в войну чиновников. Чтобы не выбиваться из общего тренда, губернаторы, мэры городов и главы региональных администраций вынуждены все чаще все чаще посещать оккупированные регионы и позировать на линии фронта. Сити-менеджер Читы Александр Сапожников и вовсе заявил, что уйдет на войну, поскольку "не может оставаться в стороне".
Все это создает иллюзию сближения власти с населением и создания новой формации "народных лидеров", готовых идти на фронт вместо того, чтобы отдыхать в Куршавеле. Запрос на таких лидеров в российском народе, уставшем от произвола и коррупции чиновников, существует уже много лет. К слову, в качестве одной из причин, которой прокремлевские социологи объясняют взлет популярности создателя ЧВК "Вагнера" Евгения Пригожина, они называют его способность "максимально отразить суть чаяний и мировоззрения русского народа".
Третий вид изменений, который также импонирует российскому большинству – это повышенные социальные выплаты и льготы мобилизованным и их семьям. Пока россияне еще не ощущают разрыва в благосостоянии между теми, кто отправляется на войну, и "обычными" людьми в тылу, равно как и не видят реального положения мобилизованных на фронте и подлинного количества смертей. В связи с этим социальная поддержка армии кажется людям формой социальной справедливости и образцом заботы государства о человеке.
Четвертый аспект "очищения" общества, импонирующий радикально-патриотическому меньшинству – это создание государственной идеологии. О необходимости новой патриотической идеологии в один голос говорят чиновники, пропагандисты и ученые-гуманитарии, что отражает давние желания радикалов. Более того, несмотря на то, что подобная идеология так и не была четко сформулирована, в российских вузах уже готовится предмет, на котором будут ее изучать.
Согласно журналистским источникам, курирует разработку нового предмета внутриполитический блок Кремля во главе с первым заместителем главы президентской администрации Сергеем Кириенко, а постулаты нового предмета будут точно соответствовать консервативной идеологии, которая так нравится Владимиру Путину. Институционным оформлением этой идеологии может стать создание "патриотического консервативного движения" Евгения Пригожина, утечки о котором также попадают в прессу.
Наконец, еще одной иллюзией очищения общества могут стать репрессии в отношении "предателей и саботажников" во власти. Они только способны объяснить продолжающиеся военные неудачи, но и способны создать ощущение преобразований внутри страны.
Конечно, на самом деле путинская система, основанная на лжи, коррупции и насилии, не способна к качественным преобразованиям при сохранении действующего режима. Война не только не решает имеющихся в стране проблем, но и усугубляет их. Все перечисленные изменения происходят только на низовом уровне, а некоторые из них носят скорее иллюзорный характер. Однако они успешно справляются с отвлечением внимания населения от происходящего на фронте, и пока что способствуют поддержке войны как необходимого условия для пресловутого "очищения".
Статья перепечатана с разрешения Jamestown Foundation
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
