В Америке XVIII-XIX веков господствовала точка зрения, что пытаться занять высокую должность - занятие, недостойное джентльмена. Американцы говорили: "The office should seek the man, the man should not seek the office". Выдвижение на выборах происходило примерно следующим образом: к джентльмену приходила делегация уважаемых людей и, апеллируя к его многочисленным заслугам и чувству долга, уговаривала того баллотироваться. После выдвижения кампанию за кандидата вели все, кто угодно, кроме него самого. Выступать лично считалось неприличным - за человека должны были говорить его дела. Тем более нельзя было давать никаких предвыборных обещаний - ведь обещает только тот, кто чего-то от вас хочет, а джентльмену от избирателей ничего хотеть не полагалось.
Первым кандидатом в президенты, рискнувшим отправиться в поездку по стране, стал Уильям Гаррисон. Было это в 1840 году. Чтобы избежать обвинений в том, что он, якобы, пытается соблазнить избирателей своей политической программой, кандидат в ходе этой поездки никакой программы не оглашал, а просто рассказывал байки о своем военном прошлом.
Следующим, кто попытался вести кампанию был сенатор Генри Клей. За месяц до выдвижения он отправился в поездку по южным штатам и тут же получил обвинения в бесстыдной саморекламе. Клей пытался оправдаться тем, что это была деловая, а вовсе не предвыборная поездка. После официального выдвижения он уже никуда не ездил, но не удержался и написал несколько писем к избирателям. Когда кандидат проиграл, общественное мнение приписало это поражение его "нескромности".
Похожая история произошла в 1852 году еще с одним представителей партии вигов Уинфилдом Скоттом. Он тоже не удержался, начал кампанию и хотя - вслед за Гаррисоном - ничего избирателям не обещал, а просто травил байки, все-таки проиграл.
Соперник Линкольна Стивен Дуглас вообще придумал гениальное оправдание для своей месячной поездки накануне выборов - он объявил, что отправился навестить свою мать, а заодно, дескать, просто общается с людьми по дороге...
Много воды утекло с тех пор. Сейчас кандидат, который не рекламирует себя и, тем более, не общается с избирателем, вряд ли выиграет. И тем не менее, глубинное архетипическое представление об идеальном политике, который становится таковым лишь по воле обстоятельств и вопреки собственному желанию, по прежнему живет в сердце избирателя. Российского - не меньше, чем американского.
Особенно востребованными такие архетипы оказываются в ситуациях, подобных нынешней, - в момент, когда общество чувствует, что зашло в тупик, и растерянно озирается по сторонам. Так что если кто-то из кандидатов сумеет убедительно изобразить эти "призвавшие его в политику вопреки его собственным желаниям обстоятельства", он может получить серьёзную фору.
В 1986 году на Филиппинах, например, приключилась вот какая история. Там тогда состоялись президентские выборы и от оппозиции на них выдвинулась Корасон Акино — вдова главного филиппинского оппозиционера, противостоявшего режиму правившего страной к тому моменту уже двадцать лет диктатора Маркоса. Политикой Корасон никогда не занималась и вообще сторонилась публичности. В молодости, когда ее муж участвовал в выборах, она даже на сцену с ним не выходила, а ждала за кулисами. Вот и после того, как ее муж был убит, выдвигаться против Маркоса Корасон тоже не горела. "Ну не моё это!" — говорила она. Сдалась вдова оппозиционера только после того, как его сторонники собрали под обращением к ней миллион подписей. Да и свекровь, говорят, насела.
Своей неопытности кандидат от оппозиции не стеснялась. "Я простая домохозяйка", — говорила она. Интервью, которая она дала "Нью-Йорк Таймс" в газете назвали "самым самоуничижительным и скромным" из всех тех, что они когда-либо брали у кандидатов, баллотировавшихся на высшую должность. Г-жа Акино рассказала, что программы у неё нет, а из двух ключевых вопросов, раскалывающих филиппинскую оппозицию, одного она не помнит. Маркоса это интервью настолько обрадовало, что он приказал распечатать его и клеить на столбах.
Ну не может ведь избиратель, находящийся в здравом уме и трезвой памяти, проголосовать за ТАКОГО кандидата. Оказалось, что может.
Как вспоминал впоследствие один из бизнесменов, ставших спонсором кампании Корасон: "Если бы кандидатом был кто-нибудь другой — кто-нибудь из старых политиков, — я не уверен, что мы были бы так же полны энтузиазма. Нам был нужен президент, который не хотел быть президентом".
! Орфография и стилистика автора сохранены
Многие годы на нашем сайте использовалась система комментирования, основанная на плагине Фейсбука. Неожиданно (как говорится «без объявления войны») Фейсбук отключил этот плагин. Отключил не только на нашем сайте, а вообще, у всех.
Таким образом, вы и мы остались без комментариев.
Мы постараемся найти замену комментариям Фейсбука, но на это потребуется время.
С уважением,
Редакция
